Цитата из книги
Эдмона Спенсера
“Путешествия в Черкесию”
г. Майкоп, РИПО "Адыгея", 1994. 153 с.
перевод с английского издания 1839 года
"Travels in Circassia Krim"-Tartary, etc.  Vol. II. By Edmund Spenser, ESQ,

London: Henry Colburn, Great Malborough Street, 1839

spenser.jpg (23534 bytes)
стр. 93-94 :
 
  ....   Лошади, здесь называемые ими chii* - особые любимцы каждого черкеса за силу конечностей, красоту формы и быстроту, их не могут превзойти лошади любой другой страны, ни даже широко известные арабской или английской породы; и я сомневаюсь, сможет ли какая-либо другая лошадь в силу длительной привычки и природы страны переносить подобное утомление и карабкаться с такой уверенностью на скалистые горы и спускаться на степные лощины. Ничего не может быть более простым, чем их метод объезжания лошадей: черкес сначала доставал лассо, что является само по себе искусством необычной опасности, так как покинутое стадо бродит полудико по лесам. Черкес затем начинает завязывать ее шею недоуздком, столь плотно, что почти кажется душит ее: в этом состоянии он тащил лошадь до тех пор, пока она не изнурится, или во всяком случае, до тех пор, пока не посчитает ее до конца покоренной; после объезжания верхом в течение некоторого времени лошадь становится уже через несколько дней столь послушной и привязанной к своему хозяину, как спаниэль.
     Возможно, ни в одной стране в мире с лошадью не обращаются лучше, чем здесь; нет другого народа, который понимал бы лучше, как управлять ею. Великий секрет, кажется, в доброте; ее никогда не бьют; следовательно, ее дух остается несломленным и привязанность к своему хозяину неослабной. Плавание, вместе со всеми партизанскими мероприятиями, в которых ей приходилось участвовать, является их достижением; и с течением времени лошадь становится такой же хитрой и искусной в уклонении бегством, как человек. Я часто видел ее лежащей у ног своего хозяина, когда в засаде, в совершенном покое или при покорении, она без всякого сопротивления позволяет приспосабливать свою голову как опору для винтовки.
    Одним словом, мне пришлось заполнить письмо, описывая различные черты, представленные этими интересными животными, и легкость, с которой они могут быть обучены всему, что пожелаешь. К тому же, черкесская лошадь обучается понимать каждое чувство, адресованное ей; и как бы далеко мы не продвинулись в различных искусствах и достижениях цивилизованной жизни, тем не менее, мы значительно уступаем этому народу не только в управлении лошадьми, но в человеческом обращении с ними, у черкесов наши конюхи могли бы брать уроки с большим успехом. Как мало, к тому же, мы знаем, до какой степени это благородное животное можно научить и улучшить! Нет никого менее порочного, никого, более чуткого к хорошему обращению и никого более постоянного в своих привязанностях. Те, которые воспитываются на фермах в молодости, являются столь же нежными, как друзья детства; и когда можно, они позволяют объезжать себя без необходимости прибегать к всякому насилию...

*chii - адыг.

kza@kbsu.ru © Zaur An. Kokov